Виктор Игнатенко: юридические таланты не пропали даром

История о том, как очень неплохой юрист-теоретик Виктор Игнатенко стал и.о. ректора БГУ (в просторечии нархоза), когда-нибудь войдет в учебники — настолько она поучительна.Об этом информирует AFERIST.ORG со ссылкой на  babr24.com
Мы, однако, хотим рассказать даже не то, что было, сколько то, что будет, а главное, чем сердце успокоится.

Виктору Игнатенко давно было неуютно в кресле омбудсмена по Иркутской области, и все, кто его знает, это прекрасно понимали. Ученый, преподаватель, писатель — он совершенно далек от реальной юридической практики. Одно дело вальяжно сидеть в уютном кабинете и писать книги, и совсем другое — ездить по тюрьмам и общаться с заключенными и их родственникам. А именно они — основная клиентура омбудсмена.

Поэтому неудивительно, что Виктор Васильевич несколько раз пытался попасть на ключевы должности в вузы. Нам известно о двух таких попытках — в ИрНИТУ и ИГУ. Само собой, в ИГУ ему был не климат — мощнейшая юридическая мафия, окопавшаяся в университете, вряд ли приняла бы такого конкурента в роли, например, проректора. Но и в ИрНИТУ он не пришелся ко двору. Как говорится, без комментариев.

Стремление Виктора Игнатенко сменить род деятельности удачно совпал с управленческим кризисом в БГУ-нархозе. Основная проблема БГУ — это несколько жестко воюющих друг с другом кланов. Именно эти кланы выбили с должности ректора Михаила Винокурова и поставили на его место Александра Суходолова. Винокурова «ушли» по возрасту, хотя человек такого масштаба мог управлять университетом еще долгие годы. Одним из ценнейших качеств Винокурова была и остается способность держать под контролем сотни направлений.

Отвлечемся на минуту от БГУ и поговорим в целом о системе ректоров-проректоров. Дело в том, что эта система была скопирована еще в XIX веке со средневеквых европейских университетов, и практически в неизменном виде сохранилась до наших дней. А вот вузы с тех пор существенно изменились. Их программы невероятно усложнились, число студентов резко выросло, вузы стали владельцами крупных объектов недвижимости и поставщиками коммерческих услуг. Как следствие, нагрузка на ректора значительно возросла, как возросло и требование к его умениям и способностям.

Михаил Винокуров являлся классическим образцом ректора, которых знал и умел почти все. Пришедший ему на смену Суходолов интересовался преимущественно собственными научными изысканиями, и практически игнорировал и учебный процесс, и собственно управление университетом. В конце концов он сдался на милость воинствующих кланов, признал собственную несостоятельность и передал бразды правления Татьяне Музычук.

Музычук тоже не была гениальным ректором — ее главной целью было делать все так, как нравится министерству. В принципе нормальный женский подход — но ее неизбежно сравнивали с Винокуровым, и не в ее пользу. Хотя, с другой стороны, она устраивала основную часть профессорско-преподавательского состава, что и показали выборы в начале 2020 года. На которых Музычук единогласно (!) выдвинули в ректоры.

Игнатенко Виктор, фотограф: Андрей Лаховский © Проект «Лица Сибири»

Но тут случился как раз Виктор Игнатенко. Изначально он хотел продвинуть в ректоры свою ставленницу Анну Криеенко, очевидно, с целью стать при ней сначала проректором, а затем и занят ее место. Но Киреенко отказался поддерживать ученый совет. И вот тут-то и пригодились юридические таланты и связи Игнатенко.

Для начала он организовал жесткий прессинг Музычук, используя свою должность омбудсмена и активно продвигая идею о грубых нарушениях в ходе выборов ректора. На идею повелся даже иркутский районный суд, умудрившийся запретить федеральному минобразу (!) проводить аттестацию кандидатов в ректоры.

Кроме того, Виктор Игнатенко нашел союзника в лице самого Михаила Винокурова, сильно обиженного тем, что Александр Суходолов уменьшил его зарплату «научного руководителя БГУ», которую Винокуров назначил себе в сумме 770 тысяч рублей. За Винокуровым, который до сих пор возглавляет один из сильнейших кланов в БГУ, пошли многие преподаватели, развязавшие настоящую травлю Музычук.

И вот — победа. Мы бы сказали — пиррова победа на чужих костях. Виктор Игнатенко назначен и.о. ректора БГУ под нестройный хор одобрения со стороны весьма странных фигур. К которым зачем-то примазался и врио губернатора Игорь Кобзев, который вообще-то ко всей этой истории не имеет никакого отношения.

В истории многие поставили точку. Однако до точки там еще очень далеко — мы бы поставили многоточие или даже вопросительный знак. Так как пост врио ректора — это еще не пост ректора, и ситуация может измениться в любой момент. Как говорится, с другой стороны тоже не дураки сидят.

Что будет дальше.

Игнатенко — абсолютный чужак в БГУ. Это означает, что уже скоро он станет центром притяжения всех кланов, которые начнут плести вокруг него интриги с целью перетянуть на свою сторону, или, что еще хуже, использовать «в темную». Пока что Игнатенко формально входит в клан Винокуровых — но у этого клана хватает врагов, да и у Винокурова конкретная цель лишь одна. О ней мы расскажем как-нибудь в другой раз.

У Игнатенко нет опыта работы даже в должности проректора, не говоря уже о должности ректора. Вообще-то, по большому счету, его вследствие этого нельзя было избирать ректором, так как он не имеет представления о работе на этой должности. До сих пор педагогическим «потолком» Игнатенко было звание профессора одного из юридических факультетов Иркутска. И было это, на минуточку, 24 года назад. С тех пор Игнатенко не работал всерьез ни в одном вузе.

У Игнатенко нет поддержки в Совете ректоров. Для всех без исключения ректоров он еще долго будет выскочкой, который не прошел все ступени вузовской карьерной лестницы. Статуса великого юриста для авторитета в Совете ректоров еще недостаточно.

У Игнатенко пока что статус врио. Это означает, что его должен утвердить ученый совет, и он должен победить на конкурентных выборах. После чего его должно утвердить министерство. А история это долгая. И, как мы уже сказали, с другой стороны тоже сидят не дураки, а люди, имеющие влияние и в министерстве, и у губернатора, и в других структурах.

К примеру, Александр Шмидт до сих пор числится врио ректора ИГУ. И это несмотря на то, что выборы ректора прошли почти два месяца назад. Среди коллектива ИГУ зреет беспокойство по поводу того, что министерство до сих пор не утвердила результаты выборов. Результаты выборов, прошедших в дистанционном формате, по факту не соответствуют нормативным документам Минобра и Уставу ИГУ.

Но это все мелочи. А главное — то, что любой вуз постоянно балансирует между доходами (складывающимися из бюджетных поступлений и коммерческого набора) и расходами, львиная доля которых — это зарплата сотрудников. Для получения эффективных доходов необходимо показывать высокие рейтинги. Высокие рейтинги напрямую зависят от качества образования. Качество образования так же напрямую зависит от уровня преподавателей. Для того, чтобы держать этот баланс, нужна эффективная и грамотная управленческая команда и высокопрофессиональный ректор.

Сможет ли Игнатенко держать этот баланс, сможет ли он организовать уже имеющуюся команду и пригласить новых эффективных управленцев — вот главный вопрос и для БГУ, и для Иркутска.

Мы пока не говорим о том, что никто не отменял «дорожную карту» по присоединению БГУ к ИГУ. А такое присоединение точно не входит в планы Виктора Игнатенко.